Моя Эстония

Ученые-реформаторы (часть VII)

XX столетие значительно расширило языковые горизонты Эстонии. В первое десятилетие нового века жаждущая обновления и внешних контактов молодая национальная культура решительно устремилась в сторону модернизирующейся Европы, не упуская из виду соседние Финляндию и Россию.

По примеру финской интеллигенции в 1905 году новое поколение эстонских литераторов создаёт свою литературную группировку "Noor Eesti" ("Молодая Эстония"). Возглавил её учившийся в Хельсинкском университете даровитый молодой поэт Густав Суйте, получивший впоследствии научное признание на ниве литературоведения. "Останемся эстонцами, но станем и европейцами", - призывал он своих современников. К этому призыву всей душой присоединился другой будущий серьёзный учёный - Йоханнес Аавик, ставший инициатором уникального эксперимента по реконструкции и радикальному обновлению эстонского языка, затронувшего не только его словарный запас, но и грамматические механизмы. Реформаторская деятельность Аавика, занимавшегося помимо теоретических разработок и практическим внедрением новых словоформ, стала уникальным опытом, заслуживающим внимания в мировом масштабе.

Аавик обогатил словарный запас эстонского языка за счёт заимствований из финского и эстонских диалектов. Реформатор не боялся изобретать новые основы слов, исходя из ассоциативности звуков и смысловых значений. Вместе с поэтом и переводчиком Виллемом Ридала, также получившим основательную филологическую подготовку в университете Хельсинки, Йоханнес Аавик сумел реально внедрить в современный эстонский язык более 300 новых слов. К числу наиболее широко используемых грамматических изобретений Аавика относится, например, краткая форма превосходной степени имён прилагательных, известная специалистам под названием i-superlatiiv.

Форсированная языковая реформа продолжалась в Эстонии в период 1912-1926 годов. Ощутимые результаты обновления национального языка проявились ещё в 30-х годах XX века. Итоги реформы были зафиксированы в выходившем в период с 1925 по 1937 годы трёхтомном орфографическом словаре эстонского языка, составленном известными языковедами Йоханнесом Вольдемаром Вески и Эльмаром Мууком.

В годы эстонской государственности сфера распространения эстонского языка значительно расширяется. С 1919 года на эстонский язык обучения был переведён Тартуский университет, в стенах которого в прежние эпохи звучали преимущественно латынь, немецкая и русская речь. И если до сих пор в университете было одно-единственное место лектора по эстонскому языку, то теперь создаётся целая профессура. С этого момента желающие изучать эстонский и другие прибалтийско-финские языки получили возможность делать это не только в Хельсинки. Вскоре в Тарту в полную силу развернулось изучение эстонских диалектов, их сравнительно-исторический анализ. Эту работу возглавляли профессора Лаури Кеттунен и Андрус Сааресте. В тридцатые годы широкое международное признание получил Пауль Аристе, занимавшийся фонетическими исследованиями диалектов острова Хийумаа.

Все эти теоретические разработки велись на фоне формирования в Эстонии принципиально новой языковой ситуации. Если прежде эстонский оставался языком низшего сословия, только в эпоху национального пробуждения сумевшим неофициально утвердиться в культурно-образовательной сфере, то в суверенной Эстонской Республике (1918-1940) впервые появились условия для признания за ним совершенно официального статуса.