С 14 ноября в Центре русской культуры в Таллинне можно посмотреть выставку петербургских художников из группы "Старый город" Яна Антонышева и Дмитрия Егоровского.
Этой группе "Старый город", в которую сейчас входят художники из разных стран, уже почти 30 лет. Даже есть из Японии. А основали ее 6 сентября 1981 года студенты Художественного училища имени советского художника В. Серова (всегда путали с его более знаменитым однофамильцем), которое сейчас носит имя Николая Рериха.
Ян Антонышев на днях приехал в Таллинн и рассказал в интервью порталу Novosti ERR о многолетней деятельности группы художников, главная цель которых запечатлевать в своих работах виды старых городов, сохранять их для потомков и способствовать тому, чтобы исторические здания оставались жить не только на бумаге, картоне и холстах.
С видами Таллинна Яна познакомил в детстве его дед, профессор медицины, много путешествовавший и увлекающийся фотографией. Первые снимки Таллинна он сделал еще в 1955 году, за 10 лет до рождения Яна. Возможно, они и стали главной причиной того, что он стал реставратором и все свое творчество и деятельность посвящает сохранению памяти о старых городах и, конечно, Петербурге.
"Символ нашей группы изображен в виде домика. Это такой пацифистский знак, призывающий оберегать старину. В молодости ходили в кирзовых сапогах, обязательно расписанные, грязноватых пальто и фетровых шляпах. Это была наша рабочая одежда, потому что мы много лазили по старым домам, привлекая внимание милиции. А когда в Петербурге после 1991 года начались сносы и реконструкции исторических зданий, начали активно устраивать акции протеста. Нашли союзников и кое-что нам удалось отстоять. Недавно, постучу по дереву, дом Дельвига. Одним из результатов стала и моя работа "Плач Старого города". Это такой олицетворенный мир из домов, переживающий свою трагедию", - рассказывает художник.
Он побывал во многих европейских городах и привез оттуда массу впечатлений, которыми делится в своих работах. Больше всего ему нравится Флоренция. Она стала для него вторым городом после Питера. А раньше ее место занимал Таллинн. Который он сначала увидел на дедовских фотографиях, а потом школьником впервые сюда приехал в 1975 году. Главным воспоминанием стало о "хлебном супе со сливкам", память о котором он сохранил до сих пор.
А начинались художественные командировки в 1980-е студенческие с Вильнюса, Риги и Таллинна. Потом работа в Нарвской крепости, где ему предлагали место главного реставратора. Ян учился на реставратора икон. Предложение он не принял, но его работы хранятся в запасниках нарвского Художественного музея, в который ленинградские художники приезжали на семинары во главе с молодым Яном Антонышевым. В Нарве появились и друзья-художники.
Связь времен и городов и привела-вернула Яна Антонышева в Таллинн. Позаботилась об этом куратор таллиннской галереи UNIKORN, дизайнер Марина Коршунова, нащупавшая и распутавшая нити этой истории.
С ее помощью Ян хочет в этот раз, после долгого перерыва, поближе познакомиться с Таллинном. Теперь есть, с чем сравнивать. В целом, замечает художник, в Европе старые части городов берегут. И Старый город Таллинна даже отмечен ЮНЕСКО. Теперь хочется все посмотреть.
"Флоренция - там все идеально. Архитектура ХV-XVI веков. В Германии, ее всю объездил, не очень нравится, потому что там слишком чисто и красиво. Я люблю, когда есть какая-то патина времени", - ее художник хочет обнаружить и в Таллинне.
Свое видение и переживания Ян Антонышев передает в своих работах, с маленькой частью которых можно будет познакомиться на выставке в Таллинне. А о некоторых секретах своего творчества и историях, сопровождающих его, он рассказал в интервью нашему порталу:
"Я еще в студенческие годы изобрел собственную технику. В ней никто не работает до сих пор. Она на самом деле очень простая. Это пастель, но там есть маленькие хитрости. Мне кажется, что в молодости мои работы брали на престижные выставки именно из-за этого. Смотрели на мой год рождения и удивлялись. Это было странно.
Удивился и писатель Вадим Шефнер, когда я сделал иллюстрации к его книге. Он сказал, как это можно в таком возрасте понять мои произведения. Но издатели, хотя писатель настаивал, иллюстрации не взяли. Сказали, что еще слишком молодой.
Мастерскую получил в 20 лет. В Ленинграде получить в таком возрасте было нереально. Я тогда подрабатывал разнорабочим в Союзе художников. Вкручивал лампочки, стулья носил. А сам уже был членом союза, что тоже рано. И вот как-то Михаил Константинович Аникушин, царствие ему небесное, говорит, что это у нас рабочий курит, тут нельзя. В общем не признали мы друг друга. Он молодого члена союза, а я в лицо маститого скульптора, автора памятника Пушкину и главу Ленинградского Союза художников. Поэтому я и сказал, мол, чего это тут какой-то алкоголик делает замечания. Тут начался жуткий скандал. Аникушин реально снял ремень и собрался меня выпороть. Его кое-как остановили, и дело это забылось. Прошло время и мне сказали, что есть шанс, но это один из тысячи, получить мастерскую. Но только в случае, если сам Аникушин подпишет. Я сразу понял, что это не реально после той истории с ремнем. Но меня уговорили, что он фамилии не помнит и может проскочит.
Захожу я в его дубовый кабинет. Он сразу остановил, когда я только открыл рот: стоп-стоп, я тебя знаю. Ну иди сюда, какие вопросы? И услышав просьбу, сходу подписал заявление. Так вместо ремня я получил мастерскую, в которой до сих пор и нахожусь".
Ян пишет много эскизов. Невероятно много, уточняет куратор выставки Марина Коршунова, говоря за скромничающего, как она заметила, художника. Эскизы такой мозаикой висят по полгода, а потом он их переносит на картины (сам он их называет "картинками"), подтверждает Ян. Старый домик сидит в голове, даже если, что случается крайне редко, пишет натюрморт. Какой-нибудь предмет с избраением домика и там обязательно присутствует.
"Несколько лет назад я увлекался боди-артом. И тоже расписывал тела женских моделей домиками. Порой это занимало несколько часов. Потом было жалко, когда после демонстрации, девушки смывали картину под душем. Но был и случай, когда модель чуть-ли не две недели сама не хотела смывать виды Флоренции", - приводит еще один пример верности своему выбору художник. И признания зрителей.
С 14 ноября по 20 декабря с его работами и Дмитрия Егоровского можно знакомиться в Центре русской культуры. Почему именно там? Марина Коршунова посчитала, что его стены и вид из окон хорошо подходят для этой темы. И когда пришла с предложением в ЦРК, директор Юрий Поляков его сразу одобрил.
А для Яна Антонышева это стало сюрпризом, потому что оказался в этом бывшем флотском доме на Морском бульваре. Ян в детстве мечтал стать моряком и говорит, что в душе он не только реставратор, но и моряк. Это еще одно приятное совпадение в его творческой биографии, изобилующей приключениями и необычными совпадениями.
И, пожалуй, самое забавное из них связано с историей названия группы "Старый город". Она получила это название не в день рождения, 6 сентября 1981 года. Сами молодые создатели нарекли свой союз Old town people. Что было очень "смело". (Появились раньше знаменитых "митьков", о чем всегда напоминают. И в интервью Ян не удержался). А перекрестили их в 1991 году, не поставив даже в известность, журналисты петербургской газеты "Смена", отметившие 10-летие группы художников. Они посчитали, что так читателям понятнее. А художники, увидев это уже в напечатанном виде, согласились.
Но самое важное совпадение, отмечает Ян, что именно в день десятилетия группы, 6 сентября 1991 года, Санкт-Петербургу вернули его законное название. Его главному Старому городу уже более 300 лет. А группе "Старый город" в 2011 году исполнится 30.
