Моя Эстония

Сегодня в полночь на площади Вабадузе будет торжественно открыт Монумент свободы в честь победы в Освободительной войне без малого столетие тому назад. По словам его авторов, памятник посвящен и тем, кто помогал в борьбе за независимость страны в конце 20-го века. Желающим увидеть церемонию открытия своими глазами рекомендуется прийти на площадь к десяти вечера и пешком.

Монумент выполнен из 143 пластин чешского стекла, его общий вес - 315 тонн, освещение поддерживают более двухсот пятидесяти тысяч ЛЕД-диодов, общая стоимость проекта - около 100 миллионов крон.

— Довольны ли вы результатом своих трудов?

— На 150%. Хотя это было непросто — мы только в Прагу ездили восемь раз. Ну и повыше наш памятник мог бы быть: не 23 с половиной метра, а все-таки 26. Но — такова цена компромисса между нашими стремлениями и необходимостью сохранить целостность городского силуэта. Так что в результате столп свободы чем-то (почти неуловимо!) напоминает эстонскую рабочую лошадку — всем хороша, вот только ноги коротки.

— А как ваша «лошадка» соотносится с Часами свободы Леонхарда Лапина? Не конфликтует?

— Нисколько. У Лапина вертикаль, и у нас вертикаль. Разные материалы — у него сталь, у нас стекло. Но ведь облик площади Свободы в принципе эклектичен — там же нет двух зданий одного стиля. Да и история наша такая же пестрая. Так что задумка с самого начала была такая, чтобы монумент так же точно отличался от окружающих площадь зданий. Не внося при этом диссонанса в общий облик города. И стеклянный столб как нельзя лучше служит этой цели — он будет не просто соответствовать освещению и его отражать, он будет жить в одном ритме с нами. Солнце в солнечный день и дождь в пасмурный… Вы увидите!

— Можете ли вы представить свое творение на прежней площади — на самой большой городской парковке?

— Нет. Но вы же понимаете, все это делалось в сотрудничестве, мы исходили из концепции площади, они учитывали нашу, и результат, как мне кажется, получился достойный. И я очень благодарен городским архитекторам и дизайнерам за взаимное доверие и понимание.

— Вопрос, достойный желтой газеты, но все же задам — вы теперь, наверное, богатый человек?

— Почему «теперь»?

— Как почему, такой заказ отхватили!

— Ах, в этом смысле… Денег, полученных мной за победу в конкурсе (а у нас, как вы знаете, коллектив авторов) — около пятидесяти тысяч — хватило на то, чтобы получить на работе неоплачиваемый отпуск и заняться работой по реализации проекта. При этом мы должны были снять помещение, приобрести оборудование, «поселиться» на работе… А ведь есть еще семья, и есть перед ней обязательства.

— В общем, завидовать нечему.

— В материальном плане точно — недаром друзья при виде меня вертели пальцем у виска...

— Зато теперь отбоя нет от других заказов?

— Я о других заказах пока даже думать не могу.

— Давайте на этом покончим с доброжелательной частью и перейдем к вопросам неприятным.

— Легко!

— Что вы возразите тем, кто скажет, что памятник победы в Освободительной войне поставили в пику (или даже вместо) Бронзовому солдату?

 — Я бы сказал, максимально вежливо, что это по меньшей мере глупое заявление. Хотя бы потому что события, которым оба памятника посвящены, даже во времени не пересекались. Не говоря уже о том, чтобы быть антагонистичными.

Но все же, когда я вижу в российских СМИ новости типа «на главной площади Таллинна ставят фашистский крест» (а я, будучи человеком двуязычным, так сказать, вхож и в российское информационное поле), я понимаю, что меня оскорбили. Причем оскорбили серые люди.

Не стану вдаваться в историю, но просто напомню — мы говорим об Освободительной войне, которая имела место ДО Второй мировой войны, ДО прихода к власти Гитлера и ДО того, как Европа узнала, что такое фашизм. Что касается собственно креста Свободы, то он был учрежден аж 24 февраля 1919 года для награждения отличившихся в Освободительной войне. И в нем, кстати, есть определенное сходство и с георгиевским крестом (центральный круг), и с финским крестом. И чеканили их лишь до 1925 года.

А вообще я хочу сказать, что наш монумент — это как бы стержень, связывающий нынешнюю и довоенную Эстонскую Республику. И он построен не против кого бы то ни было (и уж, конечно, не против борцов с фашизмом!), он построен — за. 

— Женщины, дети - это же они все поддерживали, ждали домой. Они столько же сделали, как и те, кто были на фронте. Кроме того, скажем, уже в 91 году Эстония стала опять свободной страной. Мы без оружия получили независимость. Так что старые времена и новые времена здесь встречаются.

— Как вы относитесь к утверждению, что реализация проекта, обошедшегося без малого в сто миллионов, — не самая разумная инвестиция в условиях кризиса?

— Это отчасти верно. Но все же я не считаю, что цена, которую мы сегодня заплатили за сооружение памятника, выше той, которую заплатил наш народ за независимость. И еще — если сегодня в ремонт дорог инвестировать 100 миллионов, все равно через десять лет потребуется еще столько же. А то, что сделали мы, — непреходяще.